Фонд Александра Н. Яковлева

Архив Александра Н. Яковлева

 
СОВЕТСКО-АМЕРИКАНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ. 1949-1952
Документ №100

Выписка из политического отчета посольства СССР в США за 1950 год политика США в отношении СССР и стран народной демократии

[28.02.1951]
Составлено в марте 1951 г.

Сов. секретно

ВЫВОДЫ

1. Политика США в отношении СССР и стран народной демократии в 1950 году характеризовалась форсированной подготовкой агрессивной войны против них, причем на Дальнем Востоке Соединенные Штаты в 1950 году уже перешли от подготовки агрессии к прямым актам агрессии, начав вооруженную интервенцию в Корее и Китае.

2. В истекшем году Соединенные Штаты активно продолжали свою политику сколачивания агрессивных военно-политических блоков, причем в Европе эта политика характеризовалась в 1950 году резкой активизацией усилий по созданию объединенной армии Североатлантического блока, с включением в эту армию немецких воинских соединений. На Дальнем Востоке эта политика характеризовалась форсированием мероприятий по восстановлению военно-промышленного потенциала и воссозданию вооруженных сил Японии с целью превращения ее в основную базу американского империализма на Дальнем Востоке.

3. Соединенные Штаты в 1950 году продолжали избегать каких-либо переговоров с СССР для урегулирования основных международных проблем, так как такое урегулирование ослабило бы напряженность международной обстановки и поставило бы под угрозу осуществление агрессивных внешнеполитических планов США.

4. Соединенные Штаты усилили торговую дискриминацию по отношению к Советскому Союзу и странам народной демократии и принимали все меры к тому, чтобы вынудить все остальные страны англо-американского блока действовать таким же образом.

5. Внутри страны в 1950 году правящие круги США форсировали проведение военно-мобилизационных мероприятий, рассчитанных на перевод в короткие сроки страны на военные рельсы, а также проводили дальнейшую фашизацию страны.

6. Все внешнеполитические мероприятия, а также мероприятия внутри страны, направленные на проведение форсированной подготовки новой мировой войны, сопровождались разгулом враждебной Советскому Союзу пропаганды, пытавшейся представить Советский Союз «агрессивным государством» с целью оправдания агрессивной политики Соединенных Штатов.

Политотчет посольства СССР в США за 1950 год подписан послом СССР в США А.С. Панюшкиным.

Разослан: 1 — Вышинскому, 2 — Малику Я.А.

АВП РФ. Ф. 0129. Оп. 35. П. 45. Д. 14. Л. 41—42.

Приложение

ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПОСЛА США В СССР А. КЭРКА

С ПРЕЗИДЕНТОМ США Г. ТРУМЭНОМ

19 декабря 1950 г.

Секретно

Сегодня был принят президентом с 11.50 до 12.10. Далее следует краткая запись беседы.

После обычных приветствий в начале беседы я сделал следующее предварительное заявление: ситуация с Советским Союзом сложная, и, хотя я не считаю, что Советский Союз немедленно начнет войну, тем не менее существуют определенные возможные варианты, которые могут заставить его перейти к действиям. В том числе такие, как:

а) Действия со стороны западного мира, которые вынудили бы Советский Союз начать войну. Например, скажем, объявление войны против Красного Китая и авиационные бомбардировки его городов. Такое развитие событий, по моему мнению, заставило бы русских выпол- нить свой договор с пекинским правительством, подписанный в феврале 1949 года.

б) Рассматривая события в совершенно другом масштабе, Советский Союз мог бы выступить, если бы наши вооруженные силы в Корее были бы полностью уничтожены, и мы потеряли бы наших подготовленных и опытных офицеров и солдат с последующим резким ослаблением военного потенциала США. При таком неблагоприятном развитии событий Советский Союз, вполне вероятно, мог бы счесть, что он должен выступить, и выступить именно сейчас.

Между этими двумя вероятными сценариями, по моему мнению, Советский Союз так много выигрывает от обескровливания Соединенных Штатов, в частности, и западного мира в целом, через войну в Корее, что не к его непосредственной выгоде было бы немедленно выступать против нас. (Президент согласился с этой точкой зрения.)

Президент поинтересовался моей точкой зрения относительно возможных советских шагов в Европе, упомянув о нападении сил ГДР на Западную Германию, или атак Болгарии и Венгрии на Тито.

Мой ответ на первый вопрос состоял в том, что поскольку вовлечены наши собственные вооруженные силы, то такое нападение не может быть успешным без помощи Красной Армии — а это означало бы третью мировую войну.

Что касается второго вопроса, то я считаю, что это возможно, но не является вероятным, хотя я и учитываю нелюбовь Кремля к Тито.

Президент задал вопрос об общем состоянии здоровья г-на Сталина. Я вкратце изложил свои впечатления от беседы с г-ном Сталиным в августе 1949 г. В двух словах: Сталин находится в хорошей форме, его умственные способности высоки, и он производит впечатление бодрого человека. Его возраст (70 лет) заметен, но он ни в коей мере не утратил своих способностей. Далее я сказал, что Сталин является абсолютным диктатором Советского Союза. Ему оказывается вся лояльность, которой ранее пользовался царь в светской сфере, и, поскольку религия отменена в Советском Союзе, он обладает некоторыми атрибутами божества. Другими словами, его обожают и перед ним преклоняются народы всей обширной империи. Президент спросил, считаю ли я, что все решения диктуются г-ном Сталиным, и я ответил, что основы политики всегда определяются г-ном Сталиным, но, если необходимо, его политические решения осуществляются Политбюро. Относительно вероятного наследника Сталина я сказал, что, если г-н Сталин умрет в ближайшие несколько лет, я предположил бы, что это будет г-н Молотов. Если же, с другой стороны, Сталин проживет еще 10—15 лет, то, учитывая изменения, которые произойдут за это время, я предположил бы, что наиболее вероятным наследником был бы Маленков. Маленков уже сейчас является генеральным секретарем партии, министром внутренних дел и держит в руках многие нити власти.

Президент задал вопрос о состоянии общественного мнения в Советском Союзе, и я ответил, что лояльность по отношению к режиму является всеобщей, и, хотя распространение образования способствовало развитию способности мыслить, но при этой системе управления, с повсеместным присутствием секретной полиции и т.п., существует очень малая вероятность каких-либо разногласий, если только в случае войны советские армии не потерпят серьезных поражений. С другой стороны, несомненно наличие напряженности и трений в политической организации, и, как я надеюсь, мы могли бы какими-то путями их использовать.

Далее мы затронули вопрос о военном потенциале, и я высказал ту мысль, что, на мой взгляд, размеры страны сами по себе представляют для них колоссальное преимущество с точки зрения возможности сопротивления нападению. С другой же стороны, огромные расстояния в России являются недостатком для Советского Союза, так как у него нет дорожной сети в обычном смысле этого слова и он прикован к одноколейным и неэффективным железным дорогам. Однако, продолжал я, вопрос масштабов является очень серьезным с военной точки зрения, так как у русских настолько больше солдат под ружьем, так много танков, самолетов, артиллерии, что вооруженным силам Запада необходимо быть специально оснащенными, чтобы воевать против столь больших масс, которые будут брошены против них.

Затем я сказал, что Советский Союз, когда он имеет дело с иностранными государствами, понимает только военную силу — и, чтобы эффективно вести дела с Советским Союзом, надо быть сильным. Президент сказал, что это то, что он пытается делать и пытался все время с 1945 года. Мы согласились, что наши трудности с Советским Союзом проистекают из роспуска нами наших огромных вооруженных сил в Средней Европе в 1945 г. Я отметил, что с исторической точки зрения Советский Союз, как пишут и они сами, и другие о его трудных временах, ощущал, что его голос в международных делах всегда был слабым тогда, когда он был слабым в военном отношении, как, например, после Брест-Литовского договора в 1917—18 гг.

Далее мы остановились на промышленном потенциале Советского Союза, и я отметил, что, хотя в Советском Союзе может понадобиться десять русских рабочих, чтобы сделать то, что может сделать один американец с хорошим промышленным оборудованием, тем не менее у них в России есть эти десять рабочих. Я сказал, что, по моему мнению, условия для масс в Советском Союзе постоянно улучшаются в таких областях, как продовольствие, некоторые потребительские товары, электрификация и т.д. Кроме того, хотя использование слова «свободный» в нашем понимании слова в Советском Союзе не будет понято, тем не менее люди в Советском Союзе ощущают, что они получили большую свободу при советском режиме, и в целом существует если не удовлетворенность, то, по крайней мере, ощущение того, что дела идут лучше.

В заключение я сказал, что, по моему убеждению, единственный способ иметь дело с Советским Союзом — это быть сильным, твердым, последовательным. В том, что касается мощи, я сказал, что, по моему мнению, нам не обязательно иметь столько же солдат, орудий и танков, сколько они, но мы должны быть настолько сильны, чтобы заставить Советский Союз задуматься и тщательно взвесить тот риск, который несла бы для него всеобщая война против западного мира.

Я сказал, что Сталин — мудр и хитер, он создал сплоченную нацию и принес большие блага своему народу; поэтому я склоняюсь к тому мнению, что он не начнет такую войну, которую не сможет выиграть. С другой стороны, существует опасность того, что Сталина, которому льстят его советники, могут, подобно Гитлеру, убедить захватить мировое господство, пока он еще жив. Моя оценка вероятности того, что Советский Союз начнет войну, выражается в соотношении: 2 «за», 3 «против».

Президент сказал, что он хотел бы встретиться со мной еще раз до моего отъезда в Москву.

Алан Г. КЭРК

FRUS. 1950. Vol. I. P. 481—484.

1951 год


Назад
© 2001-2016 АРХИВ АЛЕКСАНДРА Н. ЯКОВЛЕВА Правовая информация